В Министерстве образования плохо с образованием


Напомним предысторию — Анна Северинец написала открытое письмо в Министерство образования, в котором сокрушалась по поводу составления программы по белорусской литературе. В частности отмечала, что большинство стихотворенийкасаются темы любви к Родине. В то же время практически исчезла, например, интимная лирика. Исчезли из программы произведения Бородулина, Купалы, Танка, Калиновсокго, Тяпинского и прочих. Северинец, кроме критики, сделала ряд предложений по изменению учебной программы. А сегодня на сайте «Нашай Нівы» был опубликован официальный ответ Министерства образования.

Нам бы очень хотелось его прокомментировать, но не будем. Оставляем право каждому самому подумать над его содержимым. Но самые «яркие» моменты мы все же выделим цветом и прокомментируем в скобках.

 

«5 января с.г. сайт NN.by разместил материал «Учительница русского языка направила открытое письмо министру образования», в котором эмоционально критикуется школьная программа по белорусской литературе.

Помимо общих рассуждений на тему национализма и нациестроительства, в резолютивной части письма предлагаются некие «остро необходимые меры» в количестве шести. Например, последним пунктом в программу по белорусской литературе предлагается включить следующих авторов: Адама Бабареко, Алеся Дудара, Владимира Жилку, Тодора Кляшторного, Юлия Таубина. Отдельные представители данного списка, названные «блестящими белорусскими поэтами европейского уровня» вызывают некоторые вопросы.

В частности, у предлагаемого к включению в программу поэта Т.Кляшторного стихотворение «Пей, цыганка» (фрагмент поэмы «Калі асядае муць», 1928 г.), по форме имеет лагерную (блатную) направленность (отметим, что Северинец не предлагала включать данное стихотворение в программу. Это уже Минобразования попыталось найти хоть какие-то доводы для оправдания):

— Не зважай, любімы, чарнавокі,
Хай рыхтуюць молайцу пятлю…
Ходзім мы пад месяцам высокім,
А яшчэ — пад ДПУ.
— Так, цыганка,
Шкадаваць аб некім,
Так!
За пятак зарэзаў чалавека,
За пятак…
Пазаўчора маці каля будкі
З залатым Ісусам на грудзёх
Адвяла сястру у прастытуткі…
…жыцьцё!..
Падымайце куфлі за гарэзы
I за новы труп…
Сёньня маці родную зарэжу
I сястру… (фрагмент)

Можно, конечно, посчитать выбор данного стихотворения тенденциозным с нашей стороны, однако строчка «ходим мы под ГПУ», вырванная из контекста, в 2017 году цитировалась практически на всех оппозиционных сайтах как «самы вядомы радок зь ягонай паэзіі» вместе с обязательной припиской о том, что «за паэтам сачыла НКУС».

В то же время, полная версия стихотворения говорит о том, что большая часть тех, кто пишет в интернете о белорусской литературе, не имеют о ней представления.

С точки зрения учителя отметим, что ребенку крайне сложно объяснить выражение «ходить под ГПУ» — для этого, вероятно, придется применить аналогичное деклассированное арго «ходить под ментами», что недопустимо в учебном процессе. Мы также уверены, что методы и принципы оперативно-розыскной деятельности следует изучать в специализированных учебных заведениях, а не в средних школах, а подобное литературное наследие — самостоятельно, а не по требованию школьной программы.

Что касается прочих персоналий, упомянутых в материале — А. Бабареко, А. Дудара, В. Жилки, Ю. Таубина, А. Мрыя, то все они были осуждены в 1933—1938 годах, о чем автор, видимо, сознательно умалчивает в публикации.

Такая избирательность во вкусах выглядит двусмысленно. Характерно, что к столетию Октябрьской революции в оппозиционной прессе активно культивировался миф о некой «расстрелянной», «запрещенной большевиками», «ликвидированной коммунистами» и т.д. белорусской литературе (то есть Министерство образования называет факт писателей, которые были репрессированы — мифом) — продолжением этой информационной кампании, очевидно, и является открытое письмо к министру образования.

Хочется напомнить, что абсолютное большинство литераторов тех лет состояли в ВКП(б) и являлись коммунистами по взглядам, что игнорируется при написании неких сенсационных статей о них же (никто это не игнорирует, в любой биографической статье на любом сайте об этом написано). В то же время, ряд белорусских поэтов, прозаиков и журналистов были убиты на фронтах Великой Отечественной войны либо казнены органами СД и гестапо, умерли от голода или в концентрационных лагерях в период немецкой оккупации. Однако их личные трагедии практически не вызывают интереса у оппозиционных кругов и сайтов, что говорит об определенной тенденциозности (отметим, что как здесь, так и в других местах публикации, Министерство образования не приводит ни одной фамилии, ни одного факта — просто голословно говорит обо всем. Видимо потому, что те самые писатели ,погибшие на фронтах, также не изучаются в школьной программе).

Поэтому представляется, что указанная подборка авторов, предлагаемых к включению в программу, формировалась не на основании неких литературных вкусов, а, скорее, в пику политическим взглядам министра образования, а потому носит личностный оттенок.
Что же касается публичного обсуждения значимости тех или иных произведений, то практика вручения т.н. независимых литературных премий, призовой фонд которых состоит из зарубежных валютных средств, показывает, что ни одно ежегодное награждение не обходится без острой полемики в оппозиционной прессе и взаимных оскорблений в социальных сетях (то есть как и должно быть с любой премией — она должна вызывать споры и полемику, а не вручаться по приказанию). Нам представляется, что оппозиционное сообщество практически не способно прийти к консенсусу, независимо от предмета обсуждения, а потому любая оценка школьной программы некими «экспертами» превратится в еще одно мучительное коллективное литературное пиар-мероприятие.

Отметим также, что полемика об образовании в оппозиционных СМИ из года в год ограничивается изменением программы по литературе и расширением сферы употребления белорусского языка.

Две эти дежурные темы демонстрируют, во-первых, что люди, которые обсуждают образование, от актуальных проблем образования очень далеки; во-вторых, налицо низкий порог вхождения в спор — для того, чтобы обсуждать, «пахне чабор» или «не пахне», не требуется никаких дополнительных знаний и подготовки. (К слову, сообщаем уважаемой А.Северинец, что ее информация не верна, данное стихотворение П. Бровки из школьной программы не изымалось).

Наше недоумение вызывает и призыв А.Северинец изучать польский и украинский языки (а почему не латышский и литовский?), потому что это «языки соседей», необходимые для «интеграции в общеевропейское пространство». Если учитель не понимает, что русский язык изучается не как язык соседнего государства, а как второй государственный, то это достаточно ярко говорит о его компетентности.

Хочется также напомнить, что репрессиям 1937-1938 гг., о которых к месту и не к месту вспоминают оппозиционные сайты, предшествовала многолетняя активная практика написания коллективных доносов, которых отдельные белорусские литераторы тех лет сочинили не меньше, чем художественных произведений (опять же — ни одного факта).

К сожалению, творческие круги того времени, как и отдельные представители нынешней интеллигенции, имели некоторые проблемы с корпоративной этикой, и разрешали свои художественные споры посредством апелляций к партийным и даже силовым структурам. Именно подобные доносы (зачастую в форме обличительных статей в прессе) и становились впоследствии доказательной базой для сфабрикованных обвинений при нарушении законности в следственной работе.

Поэтому рекомендуем не повторять ошибок предшественников и не определять литературную ценность тех или иных произведений через давление и написание открытых писем ни много ни мало — от имени «страны, народа, учеников и учителей».

Реально эти письма не отражают ничего, кроме переоценки автором собственной значимости.

Пресс-служба МО»

Краткий итог:

  • Минобразования не привело ни одного реального факта, что оставляет их доводы сплошным голословием;
  • Минобразования открыто отрицает репрессии 30-х годов, что говорит очень многое о компетентности работающих там людей;
  • В Минобразования считают школьников глупыми;
  • В Минобразования сами додумывают там ,где надо отвечать на конкретные предложения;
  • В Минобразования просто не умеют писать ответы на письма;
  • В Министерстве образования у людей все плохо с образованием.
709 Всего просмотров 2 Просмотров сегодня

Поделиться ссылкой:

Похожие записи:

Комментарии:



Оставить комментарий

Return to Top ▲Return to Top ▲